О нас Новости Авторы публикаций и художники Музей современных израильских художников Иерусалимский журнал Библиотека Иерусалимский альбом: авторская песня в Израиле на русском языке Ссылки Форум Гостевая книга Контакты
Jerusalem Anthologia
Museum
Панорама Маши Хинич
Archive
Statistic




Jewish TOP 20

Мордехай Ардон - пространство и время

Иерусалимский музей Израиля и Тель-Авивский художественный музей за последние полгода организовали "на паях" отличные выставки Пикассо и Шагала. Нынче они продолжают свое сотрудничество и предлагают посмотреть ретроспективу Мордехая Ардона, одного из выдающихся израильских художников, признанного во всем мире.

Ретроспектива Ардона проходит на сей раз одновременно в двух музеях, к тому же выставка Ардона в Иерусалиме является четвертой и заключительной в серии ретроспектив крупных израильских художников, в рамках которой в прошлом году устраивались экспозиции Моше Купфермана и Михаэля Гросса, а в этом году, в начале февраля, открылась ретроспектива Рафи Лави.

At the Seashore, 1965 Идея этой двойной выставки родилась благодаря исследованиям Артуро Шварца - известнейшего итальянского коллекционера и историка живописи, показавшего свое собрание произведений дадаизма и сюрреализма в прошлом году в Иерусалиме и Тель-Авиве и передавшего часть коллекции в дар музеям этих городов. У Шварца работы Ардона получили новое освещение, один из столпов израильской живописи предстает у Шварца еще более значимым и интересным, хотя справедливости ради надо сказать, что Ардон, умерший в 1992 году, всегда пользовался уважением и признанием в Израиле.

Работы художника разделены между музеями по двум основным темам, интересовавшими Ардона, - пейзажи и пространство как физическое, географическое понятие - виды, среди которых жил художник, - и тема пространства и времени в метафизическом смысле, как философское понятие, столь занимавшее Ардона и вызвавшее появление картин, изображающих особый мир, изобретенный им, и в то же время являющихся миром Иерусалима и Хиросимы. Среди наследия Ардона также немало портретов и натюрмортов, на на данных выставках они не представлены.

Настоящее имя Ардона - Макс Бронштейн. Родился он в 1898 году в польском местечке Турчов в хасидской семье и прошел путь, достаточно типичный для многих еврейских художников XX века. С 1920 по 1926 год он учился в Германии, в веймарской школе "Баухауз", бывшей тогда центром европейского авангарда, сдружился там с Паулем Клее, преподававшим в "Баухаузе", и другими художниками, учился также у Василия Кандинского и Йоганса Иттена. После Веймара Ардон оказался в Берлине, а в 1933 году приехал в Палестину с первой волной немецкой интеллектуальной элиты. По своим тогдашним убеждениям Ардон был марксистом, сионизмом интересовался мало и не скрывал, что приехал в Палестину, спасаясь от начавшихся в Германии гонений на евреев и коммунистов. Попав в Иерусалим сложившимся художником и последователем принципов баухауза, Ардон был очарован городом и окрестными пейзажами, и с тех пор пейзаж как метафора стал одним из важнейших мотивов его живописи. Может быть, именно поэтому "пейзажная" часть ретроспективы размещена в Музее Израиля, выстроенном на иерусалимских холмах, столь любимых Ардоном. Но мгновенного узнавания при встречах с картинами Ардона не происходит - для этого они слишком фантастичны, природа стала абстракцией.

Fatal Eclipse, 1986 Его экспрессивная манера живописи, абстрактно-символический стиль превращают холмы Иудеи в некие образования, над которыми плывут звезды, пульсирует космос, а сквозь камни проглядывает вечность. Ардон (художник поколения Зарицкого, Штархмана и Стеймацкого) был не первым художником, привезшим в Палестину идеи немецкого экспрессионизма. Вместе с переехавшими в Иерусалим за 10-20 лет до того Анной Тихо и Леопольдом Кракауэром Герман Штрук, Мордехай Ардон и Яаков Штейнгардт посвятили себя изображению Иерусалима и окрестных холмов новыми средствами. Но даже на абстрактных полотнах Ардона сквозь яркие протуберанцы и удивительную синеву видятся Иерусалим, Негев, Синай, берег моря в Яффо. Реальность в картинах Ардона столь причудливо смешивается с фантазией, что большей частью только благодаря названиям можно сказать, что перед нами - конкретный пейзаж или космическое пространство, родившееся в воображении художника.

Ардон оказал немалое влияние на художественную школу в Израиле, в частности и в качестве преподавателя в академии искусств "Бецалель", а с 1940 по 1952 год и директора академии, называвшейся тогда "Школой искусств и ремесел". Позже он работал в министерстве образования, где занимался подготовкой преподавателей живописи и пропагандой израильского искусства за рубежом. В 1954 году Ардон получил премию ЮНЕСКО на Венецианском бьеннале, в 1964 году - Премию Израиля, его выставки проходили не только в Израиле, но и в Лондоне, Нью-Йорке, Амстердаме. Одна из последних работ художника - витражи библиотеки Еврейского университета в Иерусалиме.

O Father Nanna, 1955 На нынешней выставке в иерусалимском музее под названием "Бесконечный пейзаж" представлены 50 пейзажей Ардона. Главное впечатление - это торжество цвета. Как и живописцы старой школы, Ардон сам готовил краски (недоверчивые могут увидеть это в любопытном документальном фильме, демонстрирующемся на выставке в Тель-Авивском музее). Художник каждый раз искал новые сочетания цветов и благодаря этому его картины отличаются внутренним горением и светом. Представленные в Иерусалиме работы относятся к периоду с 1955 по 1988 год, среди них два триптиха - "Посвящение Иерусалиму" 1965 года и "Врата Иерусалима" 1967-го.

Выставка Ардона в тель-авивском музее названа "Пространство, время и метафизика". Если попытаться описать ее несколькими словами, то прежде всего стоит сказать, что выставка эта поразительна по ощущению цвета, внутреннему свечению и энергетике картин, собранных в нижних залах музея, и как магнитом притягивает публику.

Тель-авивская выставка, может быть, еще более ярко, чем фантастические пейзажи, характеризует творчество Ардона. Это полет фантазии, но направляемый художником по изобретенным им самим правилам и законам комбинации цвета и фактуры холста, с удивительным сочетанием техники живописи старых мастеров с модернистским, экспрессионистским стилем работ, продуманными, отточенными до последнего штриха композициями. Во всех картинах присутствуют бесконечные намеки на время - циферблаты, маятники, летящие цифры, легко угадываемые в линиях и пятнах, звезды и планеты, ветер и движение и как в противовес этому - спокойный зеленый цвет, одинокий лист. Но большей частью картины Ардона - взрывны. Это взрывы творчества, чистых красок и форм, рассыпающие золотые и розовые искры на темно-синем сверкающем фоне. Полотна Ардона полны невысказанных размышлений, это иллюстрации к глубоким философским понятиям, к осмыслению всего существования и, конечно, к вопросу о связи времени и пространства и о месте в них человека.

La Rosette pour Rikuda,1986-8 Постоянный оппонент Ардона - Иосиф Зарицкий - часто повторял, что язык живописи - это международный язык. Ардон, несмотря на коммунистические убеждения молодости, утверждал, что каждый художник - продукт своего народа и своей культуры и что истоки его живописи следует искать в иудаизме и еврейской истории. Так это или нет - решают в конечном итоге зрители. Назвать живопись Ардона еврейской - сложно, она скорее философская, а философов среди евреев всегда было немало. Но известно, что после Второй мировой войны, после попыток отождествить себя, пусть и художествеными средствами с жертвами войны, Ардон занялся каббалой и мистикой и стал вплетать в геометрические фигуры на своих полотнах еврейские и каббалистические символы. Его рациональность и взвешенность, умноженные на политические противоречия, заменились спонтанностью и эмоциональностью, а краски на картинах стали вести более живой диалог.

"Мне всегда было интересно, почему в истории о райсом саде упоминаются два дерева - дерево жизни и дерево познания. Я думаю, что между ними было третье дерево - дерево тайны", - так говорил художник, и эта тайна явственно присутствует в его картинах.

На снимках: картины Мордехая Ардона
"Вести", 13.03.2003