1
В Яд ва-Шеме они соболезнуют шести миллионам,
И стоят, серьезные, возле Стены плача,
И фотографируются с особо важными мертвецами,
На могиле Рахели снимаются, и на могиле Герцля,
И скупую слезу роняют о наших героях,
И на девочек наших пристальным смотрят взглядом,
И в прохладном отеле, плотнее задвинув шторы,
От души хохочут, развешивая над ванной
Свежевыстиранные трусы и майки.
2
Я присел на ступеньки у входа в башню Давида
И поставил две тяжелые сумки рядом,
Оказавшись тут же ориентиром
для туристской группы с экскурсоводом.
– Господа! Смотрите туда... Вон тот мужчина...
Ну, вот этот – с сумками, с сумками, за которым...
И еще немножко правее – арка эпохи Рима
И пилоны древнеримской архитектуры...
– Но ведь он шевелится… видите?… шевелится!..
И тогда я себе сказал: старик, не надо!..
Лишь тогда удостоимся мы свободы,
Когда эти люди услышат от гида:
Господа! Вы видите это древнеримское чудо?
Ну так вот, обратите вниманье: левее сидит мужчина.
Он купил виноград, помидоры, яблоки, авокадо
И сейчас понесет их домой жене и детям.
Перевел с иврита Игорь Бяльский
|
