Рафаэль Шустерович

ОТДЕЛЬНО СТОЯЩЕЕ ДЕРЕВО

Иерусалимский журнал



ПОЭТ И БУЛЬДОГ

бульдоги в общем выродки живут недолго
но все же поэт обретается завидуя бульдогу
в сажень родословная морда черчилля звать его уинстон
и путь его выстрелен
от выставки к выставке выстелен

а кто-то его таскает за толстую шкуру
без всякой протекции не от авгура к авгуру
ведёт на прогулку целует слюнявую морду
и гордо владеет кормит владеет гордо

дает ему сгрызть два кресла салонный столик
диван полшкафа гуляет лечит от колик
ведет на прививку дозирует секс и дружбу
и на прогулку выводит а не на службу

и вот поэт прибегает к высокому слогу
слушай бульдог он говорит бульдогу
давай условимся
пусть тот кто выживет первым
покажет этим
покажет этим стервам



ПРИЁМНАЯ

на стенке старый добрый босх
нелепицами борз
а ты ты сир и наг и бос
и выстрижен под бокс

бродить с травинкою во рту
с заветной пуговкой манту
студить царапину пирке
на майском холодке

как на резинку брать чулок
сегодня невдомёк
как по команде всем на бок
сегодня невдомёк

кому сейчас кому ты люб
в аду где сверлят дальний зуб
и кто младенцев соберёт
в очередной поход

как алый поднимать флажок
сегодня невдомёк
и в тесноте что за урок
сегодня невдомёк

рука рука пирке пирке
терпи типун на языке
колючий ёж тяжёлый шмель
и лифчика фланель

откликнитесь кто есть живой
под сыроежкой сторожевой
с шершавым ореховым листом
оставленный на потом



ТАРЗАНКА

Это горка, с которой мчат ледяные санки,
Это пруд, в который с размаху ныряешь с тарзанки,
Это дух грибной из близстоящего леса,
Это подлещиком через палец потянутая леса.
Где обещанный тополь, обещанный вяз, орешник,
До безмятежного счастья недостающий трёшник?
Объявления о пропавших собаках, пропавших душах
Отражаются в недостающих лужах.


ТОННЕЛЬ

свет в начале тоннеля а дальше хуже
тусклые лампы выморочные лужи
прежних работ затертые отпечатки
ниша с запасом выпотрошенной взрывчатки

ветхие шпалы в утробу уходит ветка
вряд ли на миг задерживалась вагонетка
то ли к врагу то ли к другу но в неизвестность
геодезической съёмкой не тронута местность

в этом краю топология не в почёте
выбор пути гаданье на чёте нечёте
что-то в роду означено рубит режет
там вдалеке мельтешит озаряет брезжит


ПЧЕЛЫ

Дошло до нас, о великий царь,
что пчёлы не стали давать мёд.
Тосклив показался осенний ценз
тому, кто пережил этот год.

Кувшины у пасек стоят пусты,
бортники бродят по праздным лесам,
не видя прозрачной их красоты,
напрасно прислушиваясь к голосам.

Дошло до нас, о великий царь,
что пчёлы не стали давать воск,
в смятеньи волхвы и великий жрец,
ропот в рядах пограничных войск.

Дошло до нас, о великий царь,
что пчёлы не стали давать яд,
молчат целители и лекаря,
змей и жаб по ночам доят.

Дошло до нас, о великий царь,
что пчёлы отказываются вылетать
из хрупких, пахучих своих светлиц,
ни дымом, ни пеньем их не достать.

Но если прислушаться — чуть гудит
притихший рой сквозь узкий леток,
и что-то поёт о том, что грядёт,
их хор, выдыхающий холодок.


ПЕТРОГРАФИЯ

Невидный вход. Бессонный страж.
Простой отбор —
придирчивый бертильонаж
окрестных гор.

Тропой излившихся пород,
остывших лав
полмиллиарда лет пройдёт
почти стремглав.

И там, где, по преданью, медь
брал Соломон,
пустынным птицам снова петь
под странный звон.

Погладишь розовый порфир,
и на скале
прочтёшь, не веря: этот мир
ещё во мгле,

высокомерен, суетлив
и так же слеп...
И серой славке под обрыв
подбросишь хлеб.


ТОПОПРИВЯЗКА

Алхазов, Блинов, Дударев, Ерофеев, Панфилов,
А также я, в дальнейшем именуемый аз,
Не дождались позднейшей эпохи на липе надпилов,
Вовремя подошли, примерить хотя бы на глаз.

Нам сказали, что дереву полагается три обхвата,
Оказалось, мало — надобно пять или шесть.
Эта липа стояла у особняка, где когда-то
Подсчитывали выручку за проданные зерно и шерсть.

Знаете ли вы, что такое измерительные отрады,
Когда, например, отвес прикладывается к стене?
Особняк на Никольской, литьё чугунной ограды,
Мы обняли ствол, и места хватило мне.

Аз вспоминает другие деревья — тополя и вётлы,
Шелковицу, вяз, каштаны, яблони, клён.
Их палили засухи, грызли черви, ломали ветры,
Поди узнай теперь, кто порублен, а кто спасён.

На коре высекали буквы, сердца и стрелы,
Забирались к вершине по странноприимным ветвям,
Собирали яблоки и алычу. Порой филомелы
Из листвы неотложное сообщали нам.

И когда на занятиях по топографической привязке
К среднерусской местности гаубичных батарей
Лейтенант Корнеев, в полевой фуражке, не в каске,
Лейтенант Корнеев сказал: шевелись поскорей,

Аз взял три азимута — на угол оврага, на отдельно стоящее дерево,
На электроопору, слегка зазубрившую горизонт,
И три составные части: Порево, Жарево, Зверево
Вытянулись в единый фронт.

Мы свинтили буссоли, сложили в планшеты карты,
Прилегли на травку. Не состоялась война.
Взвод курсантов, присланный против персов от Спарты,
Задремал. Его охранит тишина

И сосна, отдельно стоящая в Галилее
На восточном склоне массива Кармель,
Где среднегодовые температуры намного теплее,
Где аз подглядывает в приоткрывшуюся щель —

Как мелкота обнимает старую липу,
И кто-то лезет на яблоню — сорвать сентябрьский плод,
И настраивает заметно потёртую лиру,
На золотое озеро с базальтовых глядя высот.


ВТОРОЕ ПРИШЕСТВИЕ ВАРВАРОВ

Теперь уже депеши разведслужб
И прочих применителей закона,
Дебаты разомлевшего Сената
И манифесты гордых триумвиров,
Герольдов шутовской речитатив,
Язвительные выходки поэтов,
Флотов и армий суетные планы,
Победные реляции с границ —
Пустое сотрясение воздухов.
Они пришли. Они пришли давно,
И вот мы объявляем о победе
Над варварами. Варварству — конец.
Триумф добра над хаосом и мраком.
Мы думали, что варвары — они,
Теперь они не варвары. И мы
Не варвары. И варвар, очевидно,
Кто варваров помянет.


ОЖИДАНИЕ

Меня забыли в детском саду.
Я знаю дорогу, но не пойду.
Есть некий закон, по нему в аду
Нельзя возвращаться.

Блондинка Рита и ты, Блинов,
Ушли, не оставив касаний, снов,
Закончен день говорунов,
Их всех разобрали.

Калитка, маленький тесный двор,
Деревья, забор, чугунный узор,
Моих муравьёв немой разговор,
И вот стемнело.

На улицу лип опустилась тьма,
Со мной на крыльце сидит задарма
Какая-то ласковая она
Из персонала.


ВОСПОМИНАЮЩИЙ

воспоминающего подтолкни
в бездну где окаянны дни
в море где даровая вода
смалывает города
пусть неверна ненадёжна речь
только её удается сберечь
сколько-то правды сколько-то лжи
что-нибудь удержи

воспоминающего подтолкни
воспоминающие они
неотпускающие в пустоту
эту судьбу и ту
слушай не споря щёлканье слов
пусть тебе явятся среди снов
здешних пчёл золотые рои
помнящие твои



QUERCUS ROBUR

Древние, говоришь, греки,
Гневные, говоришь, боги,
Скорые, говоришь, рейды,
Делать, говоришь, ноги.

Если бы дворец и ложе
Строили вокруг дуба,
Стали бы нравы строже,
Меньше б поступали дурно.

Два в силлогизме стыка,
Логика неумолима:
Если в посылке дырка,
Верная стрела — мимо.

Красные, говоришь, листья,
Осень, говоришь, рядом.
Музыкой, говоришь, литься.
Надо, говорю, надо.



Новости   |    О нас   |    Имена   |    Интервью   |    Музей   |    Журнал   |    Библиотека   |    Альбом   |    Поддержите нас   |    Контакты