 |
СВОЙ ВОСПЕВАЯ КРУГ
|
 |
ПЕСНЯ
 Марине Меламед
Каждому дал Господь
выбрать себе свой путь.
Если тебе дано —
выбери что-нибудь.
Можешь сады сажать
или дрова колоть.
Волен молоть зерно
и чепуху молоть.
Но наступает час
и созывает нас
складывать, складывать, складывать, складывать камни.
Время своё всему
в зареве зим и лет.
Звёзды летят во тьму,
в небо летит рассвет.
Запад люби, Восток,
пей и ласкай подруг —
свой отпевая век,
свой воспевая круг.
Но наступает миг,
и наступает срок
складывать, складывать, складывать, складывать камни.
Камень за камнем ряд
тянется по стене.
Рядом с тобою, брат,
все времена — по мне.
В радости ли, во мгле
камень на камень — ввысь.
Здесь, на своей земле,
все времена сошлись.
Время складывать камни,
время складывать камни,
складывать, складывать, складывать, складывать камни.
2003
МОЛИТВА
Шломи Б.
Небесный Ловец растерях,
храни его душу от моря,
особенно в южных морях,
южнее Одесского моря.
Храни его душу. Она
по небу скользнёт замирая…
Лишь миг — и до самого дна
в плену у подводного рая.
Когда он плывёт как во сне
среди разноцветных кораллов,
сирены ему в тишине
каких не слагают хоралов!..
Всевышний Отец простаков,
прости возносящейся твари.
Слипаются веки веков,
а небо и ночью в ударе.
Храни его душу. Она
не так уж и неуловима,
когда он летит ото сна
к востоку от Ерусалима.
Когда он, радары глуша,
летит над пустыней безлунной,
ужели спасётся душа
одною системой иммунной?..
Храни его душу, Господь,
когда он приходит по суше
по вражьи, а всё-таки — души.
Храни его душу.
И плоть.
декабрь 2004 — январь 2005
МЕЛЬНИЦА
(Из Еуды Амихая)
Отродясь этой мельнице не довелось намолоть муки.
И намоленный воздух смолола, и взмыленный век,
идеалы сгодились в дело, и мелкий стыд,
и мучительный быт молола, и гулкий ад,
и снарядов с пулями перемолола смесь,
а муки намолоть — ни разу не довелось.
А теперь и наша очередь — добралась
и до наших жизней, мелет их день за днем,
перетирая в мучной порошок "Шалом".
Из него потом и выпекут свежий хрустящий шалом
для тех, кто придет потом.
В ПОРЯДКЕ БРЕДА
Алексею Тарновицкому
И пытался понять, почему облака
собираются в тучи, а бывший герой…
И летели навстречу огни свысока,
и сияли, и тоже казались игрой.
И пытался связать хоть какую-то нить,
и эпитеты перебирал.
Говорил и не мог ничего объяснить.
…Боевой офицер, генерал…
И над Газой летел боевой вертолёт
с пулемётом и боезапасом ракет,
и у Шхемских ворот возносился шахид,
не дошедший до Яффских ворот.
И вокруг, и на весь возносящийся мир
разносился курлычущий ор голубей.
…Полководец, премьер, всенародный кумир…
И не мог совместить, хоть убей.
И тогда я сошёл, продолжая пенять
на себя и на свой непонятный народ.
И винился, и даже пытался принять,
и устал, не осилив двухсот.
И на сотовый мой полетели чуть свет,
виртуальный, но этот пока, а не тот,
пожеланья, советы и самоотвод:
"Улетаю. Прощай. Магомет".
И уставился в новую бездну сычом
необъятое дообнимать.
А когда показалось, что понял, почём,
и себя перестал понимать.
январь 2005
|
|
