Иерусалимский журнал, №11, 2002

Юлий Ким

ЛЮБОВЬ НА ВСЕ ЛАДЫ

Иерусалимский журнал

БАЛЛАДА

По равнинам и холмам, днем и ночью при луне,
Навсегда забыв покой домоседства,
Скачет всадник на коне с верной шпагой при бедре
К даме сердца своего, к даме сердца.
Скачет всадник на коне к даме сердца своего,
А дорога петли вьет и двоится,
Но, как птица, держит путь сердце чуткое его,
Ни на йоту не боясь ошибиться!

Это миф или явь, это сон или подлинный случай —
не все ли равно?
Все равно скачет рыцарь, все мчится туда,
где прекрасная дама его.

И дождется ли она, и доскачет ли герой,
И настанет ли финал долгожданный —
Но захватывает дух этот дробный перестук,
Неуклонный этот бег неустанный!
По равнинам и холмам вдохновенно и светло
И вчера и до сих пор и отныне
Скачет всадник на коне с верной шпагой при бедре
Днем и ночью по холмам и равнине!

О скачи, славный рыцарь, лети, беззаветно труби
и доказывай мне,
Что любовь, честь и верность еще не забыты
и все-таки есть на Земле!


ЛЮБИМЫЕ ГЛАЗА

Когда моряк уходит в море
От тихих речек и лагун
И попадает сразу вскоре
Под ураган или тайфун,
То он в безумном океане
Не смотрит на компaс -
Он ловит дальнее сиянье
Любимых глаз!

И он по этому сигналу
Свершает свой упорный путь
И никакому урагану
Не даст корабль перевернуть!
И он пройдет любое пекло,
Не глядя на компaс,
Лишь бы сиянье не померкло
любимых глаз!

С тех пор, как нам внушили боги
Невероятный дар любви,
Все наши долгие дороги
Лишь к ней ведут пути свои,
И полны этого стремленья
Все паруса и дизеля,
И мы, как чуда, ждем мгновенья,
Когда раздастся крик: — Земля!
Крик долгожданный и прекрасный:
— Земля! Земля!
Что в переводе значит: — Здравствуй,
Любовь моя!


КАТОРЖНАЯ

Бежал Николай из Сибири
И летом, и лютой зимой.
С тех пор как его посадили,
Всё рвался он к Насте домой.
Три раза его догоняли,
Сто раз обещали расстрел,
И всё ж на двадцатом годочке
Ушел он от них, как хотел.

Вишь, любовь какая штука:
Чем ее остановить?
Ни винтовкой,
Ни разлукой,
Ни Сибирью не убить.

Тайга перед ним расступалась,
Зверь дикий бежал наутек.
Лишь волки угрюмо лизали
Следы окровавленных ног.
И всё ж он добрел до Смоленска,
Упал под окошком родным
И кликнул жену свою Настю,
И встала она перед ним.

"Ну, здравствуй, жена моя Настя.
Ты только скажи, почему
Ты всё так же собою прекрасна,
Как двадцать годочков тому?"

И тихо ответила Настя:
"Я так тебя, Коля, ждала,
Что, видно, для нашего счастья
Меня пощадили года".

Вишь, любовь какая штука:
Чем ее остановить?
Ни винтовкой,
Ни разлукой,
Ни Сибирью не убить.


ДОРОЖКА

Дорожка родная, дорожка моя,
Уж я ли тебя ли не знаю?
А всё каждый раз, запрягая коня,
Чего-то опять ожидаю.

Уведи меня, дорожка,
В те далекие края,
Где поет, поет гармошка
Песни только для меня…

Дорожка бежит по родимым полям,
И видно мне, как на ладони,
У чьей там калитки вздыхает баян,
О ком там мечтают гармони.

Уж сколько промчалось, уж сколько прошло,
Живем при десятом начальстве,
А я всё надеюсь, мне даже смешно,
Как я всё надеюсь на счастье…

Уведи меня, дорожка,
В те далекие края,
Где поет, поет гармошка
Песни только для меня…


БОГОМОЛЬНАЯ ДЖЕННИ

— А скажи мне Дженни, Дженни,
Где же ты всю ночь гуляла,
Где гуляла, пропадала,
Расскажи-ка, Дженни, нам.

— Я нигде не пропадала
И ни с кем я не гуляла —
Я ходила в Божий храм
И всю ночь молилась там.

— А скажи-ка, Дженни, Дженни,
Если ты всю ночь молилась,
То чего ж ты нарядилась,
Как для праздничного дня?

— Тут уж вы судите сами,
Но молитва в Божьем храме —
Это праздник для меня,
Хоть в какое время дня!

— А скажи-ка Дженни, Дженни,
Если ты всю ночь молилась,
То чего ж твоя спина
До подола зелена?

— Я молилась и устала
И на травке полежала,
А откуда там она,
И не знаю я сама!


ПЫЛИНКА

Крылатого Амура
Крылатая стрела
Навеки грудь проткнула,
На муки обрекла.
Нельзя без содроганья
Внимать мои стенанья.
Тому причина ты,
Богиня красоты!

Позволь, моя Цирцея,
Пылинкой мелкой стать,
Дабы стопы твоея
Касаться и ласкать.

Как только сквозь подмётку
Почуешь ты щекотку,
То знай, что это я,
Пылиночка твоя!

А если нежный носик
Как бы кольнет волосик,
То это тоже я,
Пылиночка твоя!

Когда же ночью темной
Тебя рукой нескромной
Ля-ля ля-ля ля-ля —
Пылиночка твоя!


ЧИТАЙТЕ ФРЕЙДА!

Ой, сколько ж наворочено возвышенного бреда!
А всё это, ребята, почему? А потому,
Что вы читали Рощина и не читали Фрейда,
А надо бы прислушаться к нему.

Уж мне эти любови, паолы и франчески!
Хороший текст — но взглянем на подтекст:
Что видим мы в основе любой любовной пьески?
Сплошной недовостребованный секс!

Романтические грезы,
Драматические слезы,
Лирический мираж —
Он для всех мужчин и женщин
Окончательно развенчан,
Как дешевый камуфляж!

Квартирные вопросы, социальные обиды,
Футбол, хоккей, тем более балет —
Всего лишь сублимация обычного либидо.
Я ясно излагаю или нет?

Короче говоря: не мучайтесь, не вешайтесь,
Всё это только голод половой.
А значит, выход прост: подите и наешьтесь,
И всё пройдет само собой!
Драматические вопли,
Романтические сопли,
Сиреневый туман —
Эти муторные вздохи
Для компьютерной эпохи
Как корове сарафан,

И пускай за горизонтом
Пропадают врозь и оптом
Все эти паруса:
Эти Грэи и Ассоли,
Эти доремифасоли,
Эти черные глаза.

И умолкнут мандолины,
И растают бригантины
В сиянье голубом,
И карета Коломбины
Развернется и умчится —
Чтобы было чему сниться
И грустить о ком…


ТАНГО

Раздался гром стального пистолета,
Сверкнул булат и пролилася кровь.

А что в основе
Пальбы и крови?
— Я думаю, любовь?
— Нет, это не любовь:

Это он, наш противный вопрос квартирный!
Кубатура квадратов… Полезный метраж…
Бесконечная драма
со времен Адама,
Вопрос квартирный — мучитель наш.

Она пришла: "Люблю, твоя навеки!
Пойдем скорей в муниципалитет!"

Ах, здрасьте, здрасьте,
Какие страсти, —
Но это не любовь.
— А что же, если нет?
— Это он, наш обычный
вопрос жилищный:
Не хватает квадратов… Неудобен этаж…

Возмутитель народов,
король разводов,
Вопрос жилищный, убийца наш…

"Я так люблю поляков и словаков!"
Сказал чудак по имени Адольф,

И в помещенье
Без разрешенья
Он дерзко так вошел!
Но это не любовь:

Ах, да, это похоже,
всё одно и то же,
И не будем морочить ни людей, ни себя:
Нам жизни нету,
мы не видим свету,
Пока жилплощадь — не наша! Вся!

Вся!!!


ЦЫГАНКА-ГАДАЛКА

Цыганка-гадалка, поди-ка сюда:
Вот видишь полтинник — возьми себе два,
Бери мою руку, смотри на ладонь,
Скажи, что мне делать, такой молодой.

Цыганка-гадалка, скорей мне открой,
Где сокол мой ясный, где суженый мой,
Чего он там медлит, кого он там ждет,
Зачем ко мне, бедной, скорей не идет?

Цыганка-гадалка, увидишь его —
Скажи ему, чтобы не ждал никого.
Плоха ли, хор?ша, какая ни есть,
Уж хочет не хочет — судьба его здесь.

Ой, речка-реченька, ты бежишь куда?
Куда уносишь ты вешние года?
Ой, речка-реченька, ты не торопись:
Весна короткая, а зима всю жизнь!


*       *       *

Вот и пробил час прощанья,
Сердце сжала грусть разлуки.
Подадим друг другу руки,
Тихо скажем: "До свиданья".

А когда свиданье будет,
Да и будет ли оно —
Это как судьба рассудит,
Это знать нам не дано.

Дни приходят и уходят,
Три минуты на стоянку.
Наши встречи происходят
На случайных полустанках.

Неизбежны расставанья,
Неминуема печаль.
Тихо скажем: "До свиданья",
А подумаем: "Прощай…"


БАБКИНА ПЕСНЯ

"Любовь нечаянно нагрянет,
Когда ее совсем не ждешь", —
Так распевала в наше время
Моя былая молодежь.

А наши бабушки смотрели
На наши ясные глаза
И тихо-тихо напевали
Свои премудрые слова:

— Ой вы, дурочки, и вы, дурачки!
Протирайте-ка почаще очки,
Чтобы видеть то да сё там и здесь
Не как хочется оно, а как есть.

А мы на крыльях так и мчались
К манящим дальним огонькам,
Они охотно приближались
И обжигали крылья нам.
И жизни горькую науку
Мы проходили день за днем,
И вот теперь глядим на внуков
И то же самое поем:

— Ой вы, дурочки, и вы, дурачки!
Протирайте-ка почаще очки,
Чтобы видеть то да се там и здесь
Не как хочется оно, а как есть.

А как есть оно — одна маета,
Лишь бы деточкам получше жилось.
А мечта — она на то и мечта,
Чтобы нам ночами слаще спалось…


ГЛАВНЫЙ ДУЭТ

— Ты мой милый, мой родной,
Хорошо ль тебе со мной?
Положи сюда ладонь,
Слышь, как сердце бьется?

— Ты любимая моя,
Ты не спрашивай меня,
Вся душа моя с тобой
Плачет и смеется.

— Ты мой милый, мой родной,
Хорошо ль тебе со мной?
Отчего ж ты слезы льешь,
В чем я виновата?

— Я люблю тебя, люблю,
Оттого и слезы лью,
Потому что эта ночь
Кончится когда-то.

— Ты мой милый, мой родной,
В этот тихий час ночной
Ты на время не гляди,
Кто тебя неволит?
Потому что в этот час
Когда только двое нас,
Кроме счастья и любви
В мире ничего нет…
ХОР:

Потому что в этот миг,
Когда только двое их,
Кроме счастья и любви
В мире ничего нет —
Ни кромешной суеты,
Ни печали, ни вражды,
Потому что для любви
Только жить и стоит…


*       *       *

Дорогой мой Владимир Абрамыч!
Драгоценный мой Игорь Ароныч!
Как журчат и приятно рокочут
Имена ваши в полости рта!
Как совок по сентябрьскому Сочи,
Как изгнанник по капищам отчим —
Так по вас я соскучился очень,
Аж до чёрта, то бишь до черта!

Предо мною то США, то Канада,
Надо мною московское лето,
Голова моя в тягостном дыме
От того, и того, и того.
И как важно, как нужно, как надо
Соображать, что вы ходите где-то
В белокаменном Ерусалиме
По бессмертной брусчатке его!

И не может быть даже двух мнений,
Что из этих вот соображений
Состоит, вытекает и складывается
То, что мы называем душой:
Что, мол, есть, мол, Абрамыч с Аронычем,
Да в придачу Наумыч с Миронычем,
Да еще Константиныч с Антонычем,
Ну и далее, список прикладывается,
Хоть уже он не очень большой.
1.12.01



Новости   |    О нас   |    Имена   |    Интервью   |    Музей   |    Журнал   |    Библиотека   |    Альбом   |    Поддержите нас   |    Контакты