|
BAGATELLE
Эвксинский понт, понтовый океан;
Игрушечный. Со скуки новогодней
Я был тогда не то чтоб слишком пьян,
А, просто, мелким бесом обуян
(Хотя и не якшаюсь с преисподней),
Глядел туда, где Солнце – гаврский франт –
Подельниками вздернут был на рее
С одной лишь мыслью: восемь лет назад
Он зря себя лечил от гонореи.
Какого черта!
Взглянешь вдругорядь
На сонный лик своей полуевропы –
И висельников станешь понимать.
(Читатель, верно, ждет уж рифмы розы…
Но – не дождется). Скука в несезон
Диктует слог. Ямбическая сила,
Которую успел воспеть Назон,
Пока его кондрашка не хватила,
Куда-то вверх и вбок меня ведет,
На том еще конце ломая Cellcom.
Она как друг: уж если продает,
То никогда – по сниженным расценкам.
"Мы будем жить у моря. Будем жить
У моря", – застучит речитативом.
Волнуяся, твой след перебежит
Волна. Зане – спасительным спасибом
Отделаться, не сетуя ни на
Судьбу, ни на судебники Китая,
Все лучше, чем татарская луна,
Качающая чайкино со сна,
На полдороге к Ялте, "пейдодна",
Как медленные души, отлетая.
1998
* * *
И останавливаешься в дверях и, гремя ключами,
Вспоминаешь чужие забытые строчки, где бьют за жалость.
Как бы жизнь не была завалена мелочами,
В наподобье помпеи памяти многое задержалось.
Здравствуй, мой Геркуланум, последнее из пристанищ,
Где Агарь шла босая, от горя чумного века,
Где фисташки на Аленби пахнут Дахау, где ты не станешь
Уже никогда ни лучше и ни моложе. Библиотека
|
